Enigma Enigma

Alexey Petrov

2019-10-04 09:00:44 eye-2 3214   — comment 4

Один день войны!

Где-то под Павлополем, есть невеличкий клаптик української землі. Десять квадратных метров. Может чуть больше. Именно там, два украинских воина отдали самое дорогое что у них было - свою жизнь! Отдали защищая свою землю. Свою Украину!

Они погибли четыре года назад! Тогда, 04 октября 2015 года, разведгруппа нарвалась на ОЗэМку! Вместе с нашим разведчиком Ромой Карасём погиб один из гуру этой профессии, боец НГУ Михаил Заец, с позывным «Косой». Противопехотная прыгающая мина оборвала их жизни. Её называют ещё «ведьмой». Зацепил растяжку и всё. Железная, начинённая сотнями металлических роликов тварь, вылетает над землей примерно на метр и через считанные секунды ты дуршлаг. Пацаны тогда её и зацепили. Необученные, совершенно мирные шахтёры, видать прибарахлились в булочной десятком ОЗМ-72. И прочитав инструкцию, оборудовали минное поле по всем азам военной науки. Оно то и понятно. Мины же можно купить где угодно.

Тогда Соболь (наш комбат), Скорп и парни из войсковой разведки (131-й, спасибо), среди бела дня, залезли к российским оккупантам в глотку чтобы забрать ребят. Погибших Карася, Косого и раненного Грина, который остался охранять их тела.

- Грин, ответь Коту.
- На связи.
- Как твое состояние?
- (голос очень спокойный, я бы сказал отрешенный)... Нормально. Я ранен...
– Степень?
– Терпимо... Со мной еще один трёхсотый.
- Он как?
Длинная пауза.
- В сознании.
- Кровотечение?
- Остановили.
- Парни держитесь. Помощь уже идет.
И снова в эфире тишина от которой ты медленно сходишь с ума. Через какое-то время рация ожила знакомым баритоном. Уверенным и как всегда очень спокойным.
- Грин... Соболю!
- На связи.
- Друже... Идем к вам. Сорентируй нас... Мы где-то рядом...
Грин даёт привязку на местности.
- Принял. .. Где Карась?
- Рома двести...
- Бл.... Понял.... Держись друже... Мы идем.
– Кот, Соболю!
– На связи...
– Держи Грина...
– Плюс, плюс...
– Грин... Это Кот. Держись друже. Группа идёт за тобой.
Две... может пять секунд, которые могут свести с ума. Выключился? Батарея сдохла? Оккупанты первыми их нашли? Рация ожила. Голос стал ещё тише.
– Плюс... Давайте быстрей. Боюсь, что вырублюсь...

Еще несколько фраз в эфире и снова гнетущая тишина в которую укладываются тысячи мыслей. Если парни подорвались, то однозначно там есть еще "подарки", много и разного размера. Хрен его знает кто отлеживается в ближайшей посадке и кто сейчас может прискакать? Звук взрыва слышали не только мы...

- Грин... Соболю.
- (голос совсем тихий) Грин да.
Мы подходим к вам с запада.... Видишь нас?
Голос таял все сильней,
- Сейчас приподнимусь... Да. Вижу.

Игорь фактически ботаник. Посмотришь на него. Господи, с него такой же «рейнджер», как с меня космонавт. Но Грин оставался с погибшими и ещё одним «трёхсотым», порванным поражающими элементами парнем, до конца. Никто не гарантировал, что первым успеет батя с группой эвакуации, а не оккупанты, но разведчик не сдвинулся с места, хотя мог. Только держал с нами связь. А мы молились всем батальоном, чтобы Игорь не потерял сознание и у него не села батарея.

Пока Дозор хищно сверкая своими фиксами выставлял огневой заслон, чтобы обрубить «хвост», если увяжется... Пока медики гнали «скорые» как можно ближе к точке встречи, штаб бригады выносил нам мозг ежеминутными звонками,
– Срочно дайте звания и фамилии погибших и раненных.
– Ещё идёт операция по эвакуации. У меня нет точных данных. Как только вернётся группа, я сразу доложу.
– Где Соболь?
– Командир батальона лично командует эвакуацией погибших и раненных.
– Слышишь старшина... Мне пох... Срочно нужна информация.
– Майор... (дальше следует пару предложений на исключительно литературным языке)... уй. Если такой умный, приедь и ускорь процесс.
– Что ты сказал?
– Что слышал... Не зайобуй...
– Я доложу комбригу.
– Да хоть папе римскому... Пока батя не вернётся, можешь больше не звонить. Всё! Не отвлекай! Конец связи!

Через пять минут позвонили из МО и ГШ. Но полковники из высоких кабинетов оказались в сотню раз понятливей.
– Плюс старшина... Поняли. Не отвлекаем. Как только Александр Анатольевич вернётся... (секундная задумчивость)... Дай Бог вернётся, пусть сразу же перезвонит.
– Плюс.
– Удачи вас ребята.
– Плюс.

Рация уже разрывалась запыхавшимся голосом комбата.
– Кот, я Соболь! Выходим. Передай, чтобы ребята были готовы. Можем хвост притащить.
– Плюс.... Дозор, Артеку на связь.
– Дозор да!
– Выходят... Соболь просил отрубить хвост если будет.
– Дозор плюс... Отрубим. Не переживайте!

Переговоры слышали многие. И каждый знал, что командир второй роты не только отрубит «хвост», но и заставит российских оккупантов его же и сожрать... Хвоста не было. Россияне видать обалдели от такой наглости и пока надевали портки, Соболь, Скорп и разведчики забрали тела погибших и эвакуировали раненных...

Часам к девяти вечера Соболь вернулся на КСП батальона. Рывком открыл дверь кунга КШМ-ки и бросил свой АКС на сидушку.
– Кот, что у нас?
– Командир, бригада вынесла мозг.
– Кто бы сомневался... Это всё?
– Нет... Звонили из министерства и гэша, просили сразу набрать как вернётесь...

Комбат устала улыбнулся. Его голос был спокоен. Я всегда удивлялся его умению всё принимать ровно и взвешенно. И вот сейчас было так же. Только глаза едва заметно прищурились,
– Набирай... - Соболь забрался в кунг, отодвинул автомат и уселся на сидушку. Торчащие из подсумков бронежилета автоматные магазины с противным звуком царапнули узкий столик.
– Минуту командир... Может чаю?
– Ммммм... Чаю? - Соболь задумался на секунду, - Пожалуй да!

Комбат открыл лежащую на столе художественную книгу и замолчал...